Цвет:
 А 
 А 
 А 
      Размер шрифта:
 А 
 А 
 А 
      Изображения:
 Вкл. 
 Выкл. 
 отключить специальную версию 

Подписывайся на официальный канал ОмГТУ!


победа



Совсем немного времени остается до празднования 75-летия Победы в Великой Отечественной войне. Победы в войне, которая в самом буквальном смысле слова была ВЕЛИКОЙ и ОТЕЧЕСТВЕННОЙ. Победы в войне, которая изменила ход мировой истории и перевернула судьбы миллионов людей. Победы в войне, которая затронула каждую семью нашей необъятной Родины, оставив свой страшный неизгладимый след. Сегодня, три четверти века спустя, когда Великая Отечественная война медленно, но неумолимо уходит от нас все дальше и дальше, превращаясь в сухие строки документов, важно сохранить память об этой Победе. Сохранить живую память о тех, кто ковал эту Победу – о тех, кто честно выполнял свой долг на фронте и в тылу и ежедневно совершал подвиг. Сохранить живую память о наших дедах и прадедах, бабушках и прабабушках, которые каждый на своем месте своим трудом и своей жизнью приближали миг Победы. День Победы – это праздник, объединяющий поколения. Нет, День Победы – это память поколений: память о тех, кто запечатлен на пожелтевших фотографиях из семейных архивов; память о тех, кого мы знаем только по рассказам родителей; память о тех, кто выстоял и победил в самой страшной войне в истории человечества. Важно помнить о них – о наших дедах и прадедах, бабушках и прабабушках, благодаря которым сегодня мы можем сказать: «С праздником Великой Победы!».


Блиндажи той войны все травой заросли,

Год за годом затихли бои.

Ни трава, ни года эту землю спасли,

А открытые раны твои.

То полдень, то тени, то солнце, то вьюга,

То ласточки, то вороньё...

Две вечных дороги – любовь и разлука

Проходят сквозь сердце моё.

Наша память не в силах уйти от потерь,

Всё с фонариком бродит в былом.

Даже в праздничный день чья-то тихая тень

Вместе с нами сидит за столом.

Булат Окуджава


О чем писала советская пресса 22.04.1945 года

(по материалам сайта http://pressa-voiny.ru)

От Советского Информбюро

 

Оперативная сводка от 22.04.1945 г.

 

В течение 22 апреля Центральная группа наших войск продолжала вести наступательные бои на ДРЕЗДЕНСКОМ и БЕРЛИНСКОМ направлениях.

На ДРЕЗДЕНСКОМ направлении наши войска заняли города ЛЮБЕНАУ, ДАМЕ, ШЛИБЕН, ЗОННЕВАЛЬДЕ, ФИНСТЕРВАЛЬДЕ, РУЛАНД, ЕЛЬСТЕРВЕРДА, ШВЕПНИТЦ, БУРКАУ, БИШОФСВЕРДА. По предварительным данным, с 17 по 21 апреля на этом направлении наши войска взяли в плен более 10.000 немецких солдат и офицеров и захватили 96 самолётов и свыше 150 танков и самоходных орудий противника.

На БЕРЛИНСКОМ направлении наши войска заняли города БИЗЕНТАЛЬ, КАЛЬБЕРГЕ, КЛЕЙНШЕНЕ6ЕК, ФРИДРИХСХАГЕН, ФЮРСТЕНВАЛЬДЕ и пригороды БЕРЛИНА – ГЛИНИККЕ, ЛЮБАРС, БЛАНКЕНФЕЛЬДЕ, РОЗЕНТАЛБ», БУХХОЛЬЦ, КАРОВ, БЛАНКЕНБУРГ, МАЛЬХОВ, ВЕЙСЕНЗЕЕ, ХОЗНШОНХАУЕЗЕН, МАРЦАН, БИСДОРФ, МАЛЬСДОРФ, ШЕНЭЙХЕ, ФИХТЕНАУ, ВИЛЬГЕЛЬМСХАГЕН. По предварительным данным, с 17 по 21 апреля на этом направлении наши войска взяли в плен более 13.000 немецких солдат и офицеров и захватили следующие трофеи: самолётов – 60, танков и самоходных орудий – свыше 100, полевых орудий – более 500.

Севернее ВЕНЫ войска 2-го УКРАИНСКОГО фронта, продолжая наступление, с боями заняли на территории Австрии более 30 населённых пунктов и среди них ДРАСЕНХОФЕН, ОТТЕНТАЛЬ, ВИЛЬДЕНДЮРБАХ, НОЙДОРФ, АЛЬТЕНМАРКТ, АЙХЕНБРУНН, МЕРКЕРСДОРФ, СИМОНОФЕЛЬД.

На других участках фронта – бои местного значения и поиски разведчиков.

За 21 апреля на всех фронтах подбито и уничтожено 156 немецких танков и самоходных орудий. В воздушных боях и огнём зенитной артиллерии сбито 56 самолётов противника.

Центральная группа наших войск продолжала вести наступательные бои.

На Дрезденском направлении наши войска после упорного боя овладели городом Финстервальде – важным узлом шоссейных дорог. Вражеский гарнизон разгромлен. В городе имеются машиностроительные и литейные заводы, а также велосипедный завод и другие предприятия. Другие наши части выбили немцев из города Руланд, расположенного на канале Шварце-Ельстер. Развивая успех, наши войска с боями продвинулись вперед на 20 километров и овладели городом Ельстерверда.

На Берлинском направлении наши войска вели ожесточенные бои с упорно сопротивляющимся противником. Немецкое командование, стремясь преградить путь советским войскам, бросило в бой все имеющиеся силы. Берлинские военные школы прекратили занятия, а курсанты школ и обслуживающий персонал посланы на фронт. Гитлеровцы объявили в Берлине поголовную мобилизацию мужчин от 15 до 65 лет включительно. Все зенитные орудия противовоздушной обороны германской столицы также используются в качестве противотанковой артиллерии. Наши войска, преодолевая все препятствия, наносят противнику один удар за другим. Советские пехотинцы выбивают гитлеровцев из укрепленных зданий и артиллерийским огнем разрушают узлы сопротивления, а также баррикады из камня и кирпича, построенные на улицах пригородов Берлина. Наши танки и пехота, наступающие с северо-востока, заняли пригороды Бланкенбург, Мальхов и ворвались в пригород Вейсензее. Весь день шли ожесточенные бои. Советские штурмовые группы, усиленные орудиями, очищали квартал за кварталом, подавляя вражеские узлы сопротивления. Заняты фабрика «Ределер», трамвайный парк, электростанция и ряд промышленных предприятий, превращенных немцами в опорные пункты обороны. К исходу дня наши войска полностью заняли пригород Вейсензее и ведут бои в районе окружной железной дороги. Наши войска, наступающие с востока, мощным ударом прорвали долговременную оборону немцев в полосе озер и заняли пригороды Мальсдорф, Фихтенау и Вильгельмсхаген. Ожесточенные бои произошли также за город Фюрстенвальде – мощный опорный пункт обороны немцев юго-восточнее Берлина. Сильными ударами советские части выбили гитлеровцев из северной части города. К исходу дня вражеский гарнизон был полностью разгромлен и в беспорядке отступил. Противник несет огромные потери. По неполным данным, за день уничтожено до 8 тысяч немецких солдат и офицеров, 47 танков и самоходных орудий, более 150 полевых орудий и минометов. Бои на Берлинском направлении продолжаются днем и ночью, не стихая ни на час.

* * *

Советская авиация оказывает активную поддержку Центральной группе наших войск. Наши летчики атакуют боевые порядки и артиллерийские позиции противника, а также прикрывают советские наземные войска от нападений немецкой авиации. Группа истребителей под командованием капитана Четверткова встретила в воздухе 50 вражеских истребителей. Советские летчики атаковали противника. Лейтенант Бродский врезался в строй немецких самолетов и сбил один «Фокке-Вульф-190». На Бродского набросилось 6 истребителей противника. Умелым маневром лейтенант скрылся за облаками, а потом, неожиданно выйдя из-за облаков, сбил еще один вражеский самолет. Капитан Четвертков в этом бою сбил 2 немецких истребителя. Группа истребителей, ведомая старшим лейтенантом Лобачевым, встпила в бой с 14 вражескими самолетами. В результате боя советские летчики сбили 5 истребителей противника. Старший лейтенант Лобачев и младший лейтенант Кузоваткин в этом бою сбили по 2 немецких самолета каждый.

* * *

Севернее Вены войска 2-го Украинского фронта продолжали наступление. Советские части, действующие в районе шоссе Вена – Брно, продвинулись вперед на 10 километров и ведут бои недалеко от города Микулов. Другие наши части встретили упорное сопротивление танков и пехоты противника в районе города Лаа. Отразив пять вражеских контратак, советские бойцы овладели опорным пунктом Альтенмаркт, находящимся в 5 километрах южнее города Лаа. За день боев уничтожено 23 немецких танка. Захвачены две артиллерийские батареи и свыше 200 пленных.

* * *

Корабли Краснознаменного Балтийского флота потопили в южной части Балтийского моря немецкий транспорт водоизмещением в 8 тысяч тонн. Авиация флота наносила удары по судам противника в порту Пиллау и северо-западнее Пиллау. В результате этих ударов потоплены: один транспорт водоизмещением в 6 тысяч тонн, две быстроходные десантные баржи, две сухогрузные баржи и два катера.

 

 

 

«Известия» № 95 (8705) от 22.04.1945 г.

 

Путь к Берлину

(от специального военного корреспондента «Известий»)

 

Плацдарм, откуда наши части начали наступление на Берлин, был завоеван в упорных боях, в ходе которых части Красной Армии еще раз продемонстрировали свое возросшее мастерство. Борьба за создание плацдарма проводилась в трудных условиях. Дело в том, что местность к западу от Одера представляет собой равнину, не имеющую ни складок, ни лесов. Населенные пункты были превращены врагом в мощные опорные пункты. Над равниной господствуют зееловcкие высоты. Гряда холмов громадной подковой охватывает всю равнину. Южный конец подковы у города Лебус примыкает к Одеру, а северный поворачивает на запад и образует острие выступа, обращенное на северо-восток от Одера, где проходит Берлинское шоссе. На высотах расположен город Зеелов. Нашим частям от Одера, только недавно вошедшего в свои берега, до гряды высот нужно было преодолеть около двадцати километров ровного, как поверхность стола, поля.

На равнине немцы настроили огромное количество всевозможных укреплений. Траншеи с многочисленными огневыми точками и бронеколпаками, минные поля, проволочные заграждения, канавы, наполненные весенними водами, на каждом шагу преграждали путь нашим наступающим частям.

К западу от Одера ни днем, ни ночью не смолкал грохот боя. Советские части, расширяя плацдарм, теснили врага на запад. В воздухе непрерывно происходили воздушные бои. Советские пехотинцы в боях на равнине еще раз продемонстрировали свое возросшее мастерство. Они нападали на позиции немцев, ночью забрасывали их гранатами, вышибали из траншей, хуторов, господских дворов. Рукопашные схватки одновременно завязывались на многих участках. Как только где-либо намечался успех, в дело вводились советские танки и самоходные пушки. Шаг за шагом немцы оттеснялись к зееловским высотам.

Мы уже знаем, сколь мощные укрепления немцев приходилось преодолевать нашим частям в Восточной Пруссии, в Померании, в Силезии. Там были долговременные огневые точки, комбинированные сооружения, «зубы дракона», линии стальных надолб. Все эти сооружения были творением рук человеческих. Зееловские оборонительные позиции не имели многочисленных железобетонных сооружений. За людей поработала здесь природа. Она создала мощный естественный оборонительный рубеж, и средства войсковой фортификации лишь усилили его. Гряда зееловских высот на двадцать — тридцать метров возвышается над равниной. И простое восхождение на крутобокие холмы — дело не легкое. Отсюда немцы имели прекрасный обзор и обстрел.

Многочисленные овраги, рассекавшие высоты, давали противнику возможность накоплять резервы для нанесения контратак. Тылы немцев, их штабы, узлы связи находились за обратными скатами, и это затрудняло наши удары по ним. Выгодность позиций противника состояла еще и в том, что перед грядой высот на трехметровой насыпи проходит рокадная железная дорога. Передний край зееловской позиции немцев был вынесен восточнее линии железной дороги. По насыпи проходила вторая линия обороны. Враг сосредоточил для обороны отборные части, выделил громадное количество артиллерии, танков, авиации. За спиной у немцев находился Берлин, — этим объясняется их отчаянное упорство. «Никогда русские не будут в Берлине», — твердили гитлеровские генералы, отдавая приказы любой ценой отстоять позиции, остановить русских.

Наши части по условиям местности находились в крайне невыгодном положении. Пробившись к подножью высот, они окопались на совершенно открытой местности. Днем противник просматривал равнину на глубину десяти — двенадцати километров. Подвоз боеприпасов и вообще всякие передвижения удавалось производить только с наступлением темноты.

В расположении наших войск кипела напряженная работа. Бойцы оборудовали огневые позиции, зарывались в землю, вели разведку боем, на всем участке фронта непрерывно работала силовая разведка, используя мощь артиллерии и поддержку штурмовой и бомбардировочной авиации. Разведывательные отряды вклинивались в оборону врага, вскрывали его систему огня, выявляли расположение оборонительных сооружений.

Немцы неплохо использовали преимущества местности. Как только нашим частям удавалось продвинуться вперед, враг бросал в контратаки пехоту и танки. Контратаки, как правило, отражались, и немцы несли большие потери в живой силе и технике.

Рано утром началась артиллерийская подготовка. Над расположением врага поднялось сплошное багровое пламя разрывов. Сотни орудий и минометов начали свое дело. Целый час длилась канонада. Немецкие батареи были подавлены, и лишь из глубины вражеской обороны били дальнобойные пушки.

Одной нашей части удалось прорваться за линию железной дороги. За высокой насыпью, у подножья холмов, завязались жестокие рукопашные схватки. К месту боя непрерывно подходили силы с обеих сторон, но перевес оказался на нашей стороне. Огневые средства противника, расположенные перед железной дорогой и на насыпи, не смогли принять участие в бою. Наоборот, наши части, развивая удар, имели возможность не только продвигаться на запад, но и теснить немцев вдоль железнодорожной насыпи на север и юг. Постепенно прорыв зееловских позиций расширялся. Отсюда наступление развернулось на запад и в сторону обоих флангов противника. Немцы пытались наскоро перестроить оборону, но попытка их сорвалась. Советские воины, искусно используя удары артиллерии и авиации и пробивную силу танков, стали быстро продвигаться. В центре позиций у города Зеелов немцы по-прежнему оказывали жестокое сопротивление, но, когда наши части обошли с севера этот мощный опорный пункт, значение его в общей системе немецкой обороны было утрачено. Один он уже не мог задержать наступающих и вскоре советские воины штурмом овладели городом.

Прекрасно организованное взаимодействие войск, ратное мастерство и отвага, проявленные нашими бойцами и офицерами, дали возможность сломить сопротивление врага на необычайно мощных позициях и оттеснить немцев за гребень высот.

Оборона немцев устроена на всю глубину до Берлина. Но теперь на их стороне уже не было того преимущества, которое они имели, находясь на высотах, в то время, когда мы наступали по открытой равнине. Резко пересеченная местность с большим количеством оврагов, лощин, рек, озер, каналов, рощ и перелесков, с густой сетью дорог, тянущихся к Берлину, — все это стало давать некоторые преимущества и нашим частям. Просачиваясь в глубину расположения противника, воздействуя на его фланги и тылы, советские воины навязывали противнику бои в невыгодных для него условиях. Маневром вынуждали его сдавать одну позиции за другой.

Невдалеке от города Мюнхеберга, севернее дороги на Берлин, прекрасный образец маневренной тактики показали стрелки под командованием майора Воинкова. Встретив упорное сопротивление немцев, командир оставил небольшое прикрытие и повернул резко на север. Выбив небольшие группы немцев из леса, он стал продвигаться на запад, нависая над флангом противника. Немцы стали отходить, намереваясь, по-видимому, на удобном рубеже вновь организовать упорное сопротивление. Как только разведчики донесли, что противник стал откатываться, Воинков повернул свои подразделения на юг, вышел на прежнее направление и стал энергично продвигаться на запад.

Примеров искусного маневрирования можно привести бесчисленное количество. В ходе боя многие общевойсковые командиры показали, что они в совершенстве овладели методами объединения усилий пехоты, танков, артиллерии и авиации. Как правило, на участках, где враг оказывал наиболее упорное сопротивление, пехота и танки идут в бой за огненным валом, поддерживаемые мощными ударами самолетов. Многие артиллерийские и авиационные командиры двигаются вместе с пехотой и танками.

Тяжел боевой путь наших войск к Берлину. Чем ближе подходили советские войска к гитлеровской столице, тем яростнее сопротивлялся враг. Немецкое командование подбрасывало на восток от Берлина все новые и новые части, специальные крепостные бригады, истребителей танков с фауст-патронами, отряды, сформированные из солдат и офицеров авиационной службы. Но наши войска, преодолевая отчаянное противодействие врага, неуклонно движутся вперед.

В тяжелой борьбе приходилось нашим танкистам и пехотинцам преодолевать немецкие укрепленные полосы. Экипажи вместе с группами пехоты часто буквально прогрызали немецкую оборону, давили огнем и гусеницами очаги сопротивления.

Минно-траншейная зона врага тянется от Одера до самого Берлина. Ломая сопротивление противника, Сталинградские, Херсонские, Варшавские дивизии, герои обороны Москвы успешно выходили на подступы к Берлину. Части Красной Армии, решая поставленную родиной задачу, уже вступили в пригороды Берлина. С наблюдательных пунктов можно различить улицы города-палача, города, стяжавшего ненависть народов.

 

Полковник Н. Баканов

ЦЕНТРАЛЬНАЯ ГРУППА ВОЙСК,

21 апреля.

 

За Шпрее

(от специальных военных корреспондентов «Известий»)

 

Обо всем, что мы видим и что переживаем за эти дни, трудно рассказать, потому что события вытесняют друг друга, и то, что казалось важным вчера, сегодня отступило перед новыми фактами. В канун наступления мы стояли на высоком берегу Нейсе. Оттуда в бинокль были видны желтые зубчатые линии немецких траншей. То был рубеж обороны, созданный усилиями многих тысяч немецких солдат, защищенный рекой, колючей проволокой, минами и огнем батарей. Его предстояло прорвать, и это было главным в то утро, когда началось наступление. Теперь же линии оборонительных немецких позиций перепаханы снарядами наших пушек, раздавлены танками, и мимо обвалившихся траншей равнодушно проходят обозы тылов.

Мы проезжали по полю боя у деревни Гросс Кельциг и видели десятки трупов немецких солдат, разбитые немецкие пушки, два обгоревших танка со сбитыми гусеницами. А вот на перекрестке дорог недалеко от города Бауцен валяются уже сотни немецких трупов, десятки танков. Бой под Гросс Кельцигом в сравнении с тем, что произошло здесь, выглядит эпизодом.

На Шпрее вырвались наши первые части. Шестеро автоматчиков подошли по песчаной отмели к самой воде.

— Вот она какая, Шпрее-то, — сказал один, а другой присел на корточки и, зачерпнув воды в сложенные ковшечком ладони, смыл с лица копоть и пыль.

Все это было волнующе трогательно. Наш русский солдат, откуда-то из-под Воронежа или из-под Тамбова, умылся водицей из Шпрее! Сегодня по радио поступило донесение, что головные отряды советских танков находятся далеко за Шпрее.

Событиями полны эти апрельские дни. Что выбрать для рассказа, что главное? Самое главное и самое замечательное в нашем наступлении — это советские люди. Прежде всего, хочется рассказать о них.

Как-то в конце декабря 1942 года были мы в дивизии генерала Черокманова. Она в ту пору держала оборону под Орлом. И вот там, в солдатской землянке, приютившейся на склоне оврага, был найден томик Тургенева с клеймом «Елецкая районная библиотека». Он был раскрыт на странице, где начинается рассказ «Касьян с Красивой Мечи», При свете коптилки солдаты вслух читали рассказ, а река Красивая Меча текла тут, недалеко, и все эти тургеневские места были изрыты окопами, и названия, которые упоминались в рассказах, солдаты встречали в приказах, сводках и донесениях.

— Вишь ты, как далеко проклятый немец зашел, — сказал разведчик, прерывая чтение, и все заговорили о том, что немец зашел действительно далеко. «До самой Красивой Мечи добрался». Старшина-гвардеец заметил:

— Ну, ладно, вот есть у них в Германии такая река Шпрее, мы до нее дойдем, поквитаемся.

В те студеные ночи под Орлом наши воины верили в свою победу над немцами. Любовь к родине и ненависть к врагу вели их через огонь боев на Курской дуге, через десятки рек, которые приходилось переплывать под огнем неприятеля, — и привели в Германию.

И эта самая дивизия, занимавшая когда-то оборону под Орлом, теперь одной из первых подошла к Шпрее. Нам довелось снова побывать в ней. Некоторых уже нет из тех, с кем сидели мы в тесной землянке, но старшина, ставший теперь лейтенантом, показал нам томик Тургенева с печатью Елецкой библиотеки и сказал:

— Вот, носим с собой, как память, и прибывшему пополнению рассказываем: вот где мы были и вот куда пришли.

Почти четыре года воюет Красная Армия, выдержала такой натиск противника, какого не выдерживала ни одна армия, ни одна страна, но в Германию пришла могучей, как никогда. Мы проехали от Нейсе до переправ через Шпрее. Машины и солдаты шли и ехали напрямик через лес, через песчаные поля, прокладывая сотни новых дорог. Мотоциклист в черном кожаном шлеме, выскочив на пригорок за Шпрее, оглянулся кругом и развел руками.

— Ну и ну, война к концу идет, а армия во много раз сильнее стала!

Мы видим лесные пожары, черные, разбитые дома, столбы дыма над Шпрее. Но мы видим и пышную красоту весны, а немцы не видят ее. Под ними горит земля, на них нажимают со всех сторон. Они хотят убежать в леса — огонь их гонит оттуда, они сопротивляются злобно, как раненые, но недобитые волки.

На одном из участков фронта за Шпрее мы встретили дивизион I гвардейских минометов. Машины стояли со снятыми чехлами на огневой позиции. С наблюдательного пункта только что донесли, что по шоссе движется большая группа немцев. Поступил приказ накрыть их огнем. Минометчики дали залп, все задрожало кругом, в дымном небе блеснули золотистые полосы, и уничтожающий огонь обрушился на противника.

В другом месте мы видели, как наши штурмовые самолеты ударили по скоплению немецких машин. Машины загорелись, повалил черный дым, начали рваться снаряды. В бинокль было видно, как разбегались немецкие солдаты и падали, сраженные огнем пулеметов сверху.

Да, немцы узнали силу огня. В городке Шпремберг можно было наблюдать такую картину. Горел дом! На стене был наклеен плакат с портретом Гитлера. От жара бумага коробилась, и Гитлер корчился. Он глядел сквозь пламя своими безумными глазами и корчился. Мимо проходили солдаты, пыльные, усталые, но опять готовые к бою. Один из них, заметив плакат, крикнул:

— Корчишься? Горишь? Так гори же, собака, гори, — к Дрездену подходим!

В. Полторацкий

А. Булгаков

ЦЕНТРАЛЬНАЯ ГРУППА ВОЙСК,

21 апреля.


О чем писала советская пресса 23.04.1945 года

(по материалам сайта http://pressa-voiny.ru)

 

«Правда» № 97 (9868) от 23.04.1945 г.

 

К Берлину!

(от военных корреспондентов «Правды»)

 

Никто из нас не забудет этой ночи, бурления Одера, гула моторов, клубов тяжёлой пыли, поступи гвардейских полков, света молодого месяца и затаённой тишины, которая настала к трём — четырём часам утра... Было тихо... Изредка раздавались обычные выстрелы. Потом начался гром и рык. Молнии заметались в небесах, на Одере, в лесах и болотах Бранденбурга... Багровые пятна расползались всё шире и шире по западному горизонту... Наши парашютные ракеты нависли над немецкими позициями и беспощадно освещали каждую складку и бугорок. Раскалённые струи от реактивных снарядов прорезали небо... Почва содрогалась. Над немецкими окопами взвивались фонтаны дыма, _ песка, камня — к в бесчисленных взблесках выстрелов они светились зловещими пятнами. Загудела наша авиация... Рельсы на немецких фронтовых железных дорогах свивались дугой от её ударов... Уже потом мы увидели среди этих дуг и витков рельс — у города Зеелов — немецкий бронепоезд «Берлин». Он не смог двинуться ни на метр и был взят «живьём».

Разговаривать было трудно: собеседники слышали друг друга плохо. Пожары на немецкой стороне становились всё сильнее... На низине — в окопах гвардии — среди невиданного сверкания артиллерийских молнии происходила волнующая церемония. К полкам гвардии выносили знамена.. Вот оно — гвардейское знамя сталинградцев... С чёрно-оранжевыми ленточками ордена Славы идут кавалеры ордена: гвардии старшин сержант Мосолов, гвардии младший сержант Шмоков и гвардии сержант Шаповалов. Святыню полка они выносят на передний край. Знамя развёрнуто, и лик великого Ленина, освещаемый вспышками, обращён на Запад — туда, где враг... Знамя, пронесённое от Волги до последних подступов к, Берлину. Сверкает при свете выстрел )в орден Красного Знамени, прикреплённый к древку знамени...

Знамя проносят, торжественно и медленно, по узким окопам. Гвардейцы коленопреклонённо целуют алое полотнище. Целуют молча.

В свете выстрелов и залпов видишь лица: решительные, открытые.

В небо взвился сильный, во много миллионов свечей, луч сигнального прожектора, а за ним, в условленную минуту, прямо в глаза немцам ударили сплошным фронтом новые мощные прожекторы. Они пробивали дым и пыль, ослепляли противника и высвечивали нашей пехоте немецкие рубежи. Взвились сигнальные ракеты.

Гвардия двинулась по ровной низине... Танки и самоходки катились по полям, изрытая огонь и подымая потоки пыли. Над полем боя несло лесной гарью — и этот запах останется у участников битвы в памяти. Танки-тральщики шли на минные поля немцев и пробивали проходы. Оживавшие огневые точки врага хлестали навстречу огненными струями. Но в просвечиваемой пыли упорно шли гвардейцы, вперёд и вперёд — с алыми флажками, которые бойцы решили водрузить на гряде высот, прикрывающей Берлин... Эти алые флажки трепетали в руках самых смелых, передовых... Если эти передовые падали, флажки, как эстафету, подхватывали другие... Раненый упал ефрейтор комсомолец Игорь Иванов, флажком указывал он — «На Запад, на Берлин». Флажок, весь омоченный в крови, поднял другой боец и воткнул на вершине высоты... «Его имя?». — «Не знаем. — ушёл сейчас вперёд»...

Шёл седьмой час утра, светало... С востока, из-за лесов, с равнин святой, родимой, благословенной России вставало солнце... Люди оборачивались к нему. Дым и пыль были так густы, что видимость ухудшалась с минуты на минуту, я только в выси, в небе было всё чисто и сверкали горной белизной утренние облака... Впереди на высоте взвился ещё один флажок, — его водрузил гвардии старший лейтенант Николай Деревенко. Бойцы делают новый рывок... «За Родину, за Сталина!» Гвардейцы-сталинградцы Луковец, Юлдашев, Шуморов, Легошин взбежали на новую высоту; они бросаются прямо на немецкие орудия, срезают прислугу и, тяжело дыша от бега, поворачивают орудия в едины бегущих немцев. «Огонь!».

Немецкие рубежи оборудованы тщательно и умело. Это сложные и разветвлённые системы окопов, дзотов, дотов, закопанных танков, артиллерийских засад, оборудованных для пулемётов и орудий подвалов, чердаков, сараев и т. д. Штурмующие постоянно, от рубежа к рубежу, встречались с многослойным, часто фланкирующим, опасным, убойным огнём. Поля были перерыты рвами, многие из них наполнены, водой. В садах — замаскированные противотанковые орудия. Словом, когда идёшь по этим бранденбургским озимям, садам, огородам, оранжереям, насыпям, лесочкам, паркам, кладбищах, — видишь, что перед тобой оплошной укреплённый район, который надо прогрызать, выдёргивать отдельные звенья, расшатывать, рушить по частям — то стремительными бросками, то методической огневой обработкой, то охватом или окружением. Густота немецких траншей небывалая: ими опоясаны не только селения, станции, но и отдельные постройки.

Отступая, немцы отходят по траншеям и зацепляются за ближайшие пункты. Нашим артиллеристам приходится на главных участках разворачивать орудия буквально через каждые 50–100 метров... Пушкин тянут на руках. Артиллеристам помогают стрелки... Все черные от пыли, потные, неукротимые... «В Берлин!».

В эфире — лихорадочные немецкие радиопереговоры: «Мой командный пункт обойдён русскими». — «Откройте огонь». — «Не могу, так как ничего не вижу — от русских снарядов сплошная пыль и дым». В небе — басовый звон наших бомбардировщиков. Шагаем по кирпичной пыли, нога увязает в ней. Здесь было немецкое селение, превращенное в сплошной каменный дот. Наша артиллерия разнесла все здания в щебень и пыль. Деревья снесены под корень. Пруд засыпан обломками и пылью... Бойцы шагают неумолимо, внимательно вглядываясь в каждую щель нового селения. От противника можно ждать всякой подлости... Пример — из окна высовывается белый флаг. Стрельба прекращается. Подняв руки, выходит группа гитлеровцев... Фырча, подходят наши танки... Тут сержант замечает, что за спинами сдающихся изготовились три «фаустника» — они уже прицеливались в танки. Была подана команда, и «фаустники» были уничтожены...

В другом случае немцы прибегли к новой уловке. Сдалась большая группа немцев — ими был выброшен белый флаг. Наши ждали приближения сдающихся. Подняв руки, они шли к нашим линиям. Одни боец заметил, что у немцев сжаты кулаки. У каждого было, оказывается, по две небольших гранаты, чтобы уничтожить русскую цепь. Огнём вся эта банда была расстреляна с близкой дистанции.

Пыльное шоссе... Опрашиваем группу пленных. Они неимоверно грязны, лица восковой бледности... Они только что пережили артобработку и буквально невменяемы. Это — солдаты из Дёберица — из военного лагеря, расположенного в 25 километрах к западу от Берлина. Это новая дивизия «Дёбериц» — из числа тех, о которых орал на днях Гитлер. Спрашиваем о деталях движения дивизии... «Нас, батальон пополнения, послали сюда без оружия. Было сказано, чтобы оружие мы брали от раненых... Но мы никого не видели, — всё было в дыму, — потом пришли русские»...

Блудливые «Месершмитты», в одиночку, на 200-метровой высоте, проносятся над полем боя. Они в озлоблении охотятся за машинами с ранеными, за обозами и т. д. Вот к чему пришли все эти «рыцари». И как славно зенитчики гвардии старшего лейтенанта Николая Грядкина тут же валят такого шакала, и он с предсмертным свистом врезается в землю.

Мы на новом рубеже... Под огнём связисты — отменные герои этой битвы — тянут провода, ставят «шестовку» (связь на шестах)... Мимо везут раненых... Один возбуждённо кричит: «Ах, он гад, ах, он подлец, не дал дойти до Берлина. Товарищ полковник, куда ж отвозят, — разрешите остаться...» И этот отказ от эвакуации — явление поголовное... Эго говорит, это горит душа русская, — пылают все четыре года наших многотерпений, ожиданий, трудов и мечтаний...

Идём прямо по пахоте на батарею гвардии капитана Ушурадзе, коммуниста, сына Грузии. Прекрасная батарея — била и бьёт прямой наводкой, била и бьёт от самого Сталинграда... На щитах орудий вмятины и заплатки — свидетельства доблести... У орудия стоит сержант Алексей Торопов, сибиряк, колхозник... Бился за тракторный завод в Сталинграде; на груди три нашивки ранений. Простое, ясное лицо... «Продвигаемся в направлении на Берлин».

Опять бредут в пыли немцы... Их выкурили, обезоружили.

Солнце припекает... Идут великие труженики — саперы. Они штурмуют, они строят, они копают, они возводят мосты, они взрывают всё, что строи немец, — самое хитрое, подземное, спрятанное на 60 метров под землей, — они возводят дороги... И вот сейчас — под вой «Мессеров» — они строят новый виадук, чтобы ни на минуту не задержать автоколонны, нетерпеливо рвущиеся к Берлину. Друзьям-водителям привет!.. Что за люди! Пробоины на стёклах, на лицах — шрамы, раны, — кровью многих полит ведь весь путь до Берлина. «Откуда, друг?» — «Из Ленинграда» — и мы крепко жмём друг другу руки... О эта битва — тут Ленинград и Сталинград, тут Украина, тут Грузия и Армения, тут Сибирь; тут весь Союз упрямо и гневно идёт сквозь огонь, дым, проволоку и неимоверную пыль... Это гневная, могучая, советская страна — — это все мы, вместе, товарищи и братья, и женщины страны — от литовских земель и до Берингова пролива, — от терпеливых братков-арктиков на мысу Челюскин и до южного погранпункта Кушки, — все мы, — повторяем, — идём на Берлин. Душа, сердце, воля каждого из вас, советские люди, — здесь, в этой битве, и как сердцу хорошо, когда, можешь сказать: мы выиграем и эту битву; — ведь мы — советские люди, мы — люди школы Ленина и Сталина...

Солнце в желтовато-серой мутной пелене... Битва разгорается. Наш солдат, наш офицер, наш генерал, в крови, опыте и традиции которых вся более чем тысячелетняя сила и слава России и её ум, понимают, какую они ведут битву. В этой битве у наших людей на душе свято и чисто... Мы обещали победить... Об этом говорил Сталин в великой своей речи 3 июля 1941 года. А мы, советские люди, люди сильного, нового мира, знаем ценность данного слова...

Пыль стелется над Берлинским шоссе... Это шагает Россия, Украина, Белоруссия, Грузия, Армения, Азербайджан, Узбекистан и Казахстан, Киргизия, Литва, Латвия и Эстония... Это шагает весь великий народ, чьей неизбывной и неизмеримой волей и доблестью спасён мир, спасено человечество...

Пыль, пыль, пыль... Нечего пить — всё иссушено, выжжено, отравлено... Ничего, мы войдём в Берлин и с чёрными от жажды губами. на путевых столбах расстояние до Берлина всё меньше и меньше... Тяжёлые орудия идут вперёд. И вот загремели первые залпы по Берлину.

 

Вс. ВИШНЕВСКИЙ, И. ЗОЛИН

Действующая армия, 22 апреля. (По телеграфу).

   

Через Шпрее

(от военного корреспондента «Правды»)

 

Форсировав реку Нейсе, соединение устремилось к слёдующему водному рубежу — Шпрее. На пути лежали огромные лесные массивы, в которых не было ни одной дороги. Двигаться приходилось просевами, сплошь и рядом прорубая путь топорами. Немцы подожгли леса, и наступающим приходилось идти в облаках удушливого дыма, сквозь пламя лесного пожара.

Взяв стремительным штурмом укрепленные городки Деберн и Горнов, бойцы не стали отдыхать и ночью двинулись к Шпрее.

Батальон майора Наханькова, первым ворвавшийся в немецкую укрепленную полосу на Нейсе, в качестве танкового десанта сел на машины майора Орлова.

Генерал подал команду, и танки вошли в горящие леса. Едкий дым теснил дыхание танкистам и десантникам, люди не спали уже третьи сутки. В рыхлом снегу, как в песке, буксовали тяжелые машины, лесные минированные завалы преграждали путь. Но, упорно преодолевая все препятствия, наступающие двигались вперед.

Место броска через Шпрее было выбрано там, где река расходится на два рукава, образуя посредине остров. Правда, приходилось дважды переправляться через годную преграду, но зато именно здесь 121-я гвардейская немецкая дивизия, занявшая оборону на западном берегу, меньше всего ожидала появления наших войск.

Танки подошли к реке на рассвете, развернулись и дали залп по вражеским укреплениям. Еще не успела улечься пыль, поднятая разрывами, как наша пехота начала переправу. Рота капитана Ларкова перешла реку вброд. У мукомольного завода завязался бой.

Танкисты, не ожидая, пока саперы наведут мост, нашли мелководье и, переправившись на западный берег, устремились дальше, опережая пехоту. Не имея представления о численности наступающих, немцы стали отходить. на маленьком плацдарме началось наращивание сил. Подошли артиллеристы и открыли огонь прямой наводкой, подошли новые подкрепления пехоты и танков.

Я застал генерала на только что взятой мельнице. Открытое, молодое лицо его сияло. В беседе с нами генерал подчеркнул, что успехи его дивизии во многом обеспечены учебой, которая была проведена во время нахождения в обороне.

Все батальоны по нескольку раз провели занятия, посвященные одной операции: прорыву оборонительной полосы противника в условиях лесисто-болотистой местности с преодолением водной преграды.

Со всех сторон трещали выстрелы, била артиллерия. К месту боя подошли немецкие танки и самоходные орудия. Группами по 20–30 машин они начали контратаки с флангов, пытаясь любой ценой отрезать от реки наши переправившиеся части.

— Мое дело — идти вперед, не задерживаясь ни на секунду. Фланги — дело моих соседей, — сказал генерал.

Мы прошли дальше в том направлении, откуда доносилась ожесточенная автоматная стрельба. А когда я возвращался обратно, — через Шпрее уже был наведен мост, и по нему двигалась наша грозная боевая техника.

 

Герой Советского Союза

майор С. БОРЗЕНКО

Действующая армия,

22 апреля. (По телеграфу).

 

«Вечерняя Москва » № 95 (6460) от 23.04.1945 г.

 

В предместьях Берлина

 

Наш путь лежит по местам только что отгремевших боев. Проезжаем города, небольшие деревни, поселки. Указатели везде показывают дорогу к столице Германии. Обгоняем потоки автомашин с боеприпасами, боевую технику. Все движется на запад.

Повсюду — справа и слева от шоссе — следы сражений: воронки от авиабомб и снарядов, подбитые вражеские танки, крупнокалиберные зенитные пушки берлинской системы противовоздушной обороны. Здесь за каждый населенный пункт шел бой. Улицы, каменные здания в городах носят следы борьбы. У самого шоссе, почти через каждые 20–30 метров — стрелковые ячейки. Земля вокруг изрыта танковыми гусеницами. Немцы пытались задержать наши танки, но им не удалось это.

Впереди — большой лесной массив. К нему наши войска вышли после упорных боев на сильно пересеченной местности. Густой лес тянется на много километров с севера на юг и прикрывает восточные подступы к Берлину примерно в 29–25 километров. Лишь у города Штраусберг и озера Штраусзее два лесных массива разделяются небольшим коридором. Немцы прекрасно учитывали значение этого участка и потому сильно укрепили подступы к городу Штраусберг. Они стянули сюда много артиллерии, бросили специальные бригады для борьбы с нашими танками.

Наши войска осуществили блестящую операцию по обходу этого укрепленного района. Сквозь лес севернее города пехотные части при поддержке танков вырвались на открытое место и начали продвигаться к северо-восточным окраинам Берлина.

Другая группа войск предприняла наступление к югу на город Альт-Ландсберг, внезапно захватила его, и, таким образом, немцы в Штраусберге оказались под ударом с тыла.

Утром, через несколько часов после взятия Штраусберга, мы проезжали по городу. Обращает на себя внимание вражеский аэродром, на котором мы насчитали 23 захваченных «Мессершмитта». Оставлены аэродромное оборудование, бензин и различные детали для самолетов. Склады, дома, магазины города — все было брошено разгромленным врагом. По улицам непрерывно проходят колонны автомашин, движется тяжелая артиллерия. С запада из-под Берлина доносится гул канонады.

Пока мы находимся на командном пункте артиллеристов, поступают сведения о действиях наших войск на северо-восточных окраинах Берлина. Танкисты уже прорвались на улицы пригорода и вместе с пехотинцами захватили район Вейсензее. Пехота овладела крупным узлом сопротивления врага и движется в южном направлении.

Враг упорно сопротивляется. Немецкое командование бросает в бой все резервы. В Берлине объявлена поголовная мобилизация. Во всех военных школах Берлина прекращены занятия, и все учащиеся этих школ введены в бой. Противник несет большие потери. Характерна судьба специальной дивизии «Берлин». Еще на подступах к городу эта дивизия была изрядно истрепана. Из ее остатков был сформирован один полк. В уличных боях он также был разгромлен.

Улицы предместий Берлина сплошь забаррикадированы. Навалены мешки с песком. поставлены ряды повозок с землей. В последнюю минуту к проходам в баррикадах подходят трамвайные вагоны с камнями и преграждают путь наступающим. Все подходы к мостам враг заминировал. У мостов — засады, вооруженные пулеметами, минометами. Бои не прекращаются ни днем, ни ночью.

Б. Афанасьев,

спец. корр. ТАСС

ДЕЙСТВУЮЩАЯ АРМИЯ, 23.

 

На Дрезденском направлении

 

Река Нейсе ещё недавно была линией фронта. На её западном обрывистом берегу за песчаной дамбой сидели немецкие пулемётчики и автоматчики, стояли минометы и пушки прямой наводки. Там не было ни одного нашего плацдарма. А сегодня здесь отгремели бои. Через реку прошли стрелки, артиллерия, танки. По свежеоструганным настилам мостов бегут автомашины, тянутся вереницы обозов к местам, куда удаляется багряное зарево пожарищ.

Реку Нейсе советские войска перешагнули стремительно на участке более сорока километров.

Немецкое командование стягивало на этот участок фронта крупные силы пехоты и танков. Оно готовилось к упорной обороне Дрездена. Офицеры призывали солдат умирать, но не отступать от реки Нейсе.

В наших штабах в те дни тщательно разрабатывали оперативные планы. Разведчики добывали всё новые и новые, сведения. Силезия богата отличными дорогами, но сапёры прокладывали новые пути по лесным пущам, строили мосты через безымянные речушки, готовили лодки, понтоны и мосты для Нейсе. Связисты устраивали прочную связь. Войска готовились к переходу и за реку Шпрее.

И вот тишину весеннего утра всколыхнул грохот артиллерийской канонады, возвестившей о начале наступления. Сотни батарей обрушили свой огонь на западный берег Нейсе от её истоков до устья. Ударные отряды стрелков уже поплыли через реку в лодках, на плотах, пошли в брод. Сапёры начали строить переправы.

За ночь перед боем старшина Нурулла Фазлаев с отрядом сапёров нашёл в лесу спокойное место, выстроил через Нейсе штурмовой мостик и. оказавшись на вражеском берегу, охранял его до утра. За один час сюда переправился целый стрелковый полк. Тяжелее пришлось взводу лейтенанта Зеленина. Стрелки только что спрыгнули с лодок и начали бон с немцами, а сапёры Зеленина стали наводить мост. Немцы обстреливали реку, а затем они перешли в контратаку. Сапёры одновременно отражали натиск гитлеровцев и сооружали переправу. И она была наведена в срок. С ударными отрядами стрелков переправлялись артиллеристы, миномётчики.

Удары, наших подразделений носили внезапный характер. Немцы готовились к отражению танковых атак на участках узлов дорог, а танки двигались через леса, где нет ни одной усовершенствованной дороги. Тяжелые орудия, самоходные пушки, автомашины пошли по лесным чащам, по пескам.

Переправившись через Нейсе, наши части в первый же день наступления ворвались с юга в город Форст и начали очищать его от противника. Форст — один из промышленных центров Бранденбургской провинции, где сосредоточено несколько военных заводов, главным образом артиллерийских. Немцы изрыли город ходами сообщений, забаррикадировали улицы, приготовившись защищать каждый дом. Но наши подразделения захватили Носдорф, расположенный южнее Форcта, пробились между прудами, перехватили шоссе, а затем железную дорогу Форcт — Коттбус. Другие подразделения двигались также на Коттбус вдоль берлинской автострады. Таким образом, Форет был обойдён, а затем занят нашими войсками.

Группы танков, унося на своей броне мотопехоту, расчленяли на куски вражеские войска. Скоро наши части перерезали железную дорогу и шоссе Форет — Герлиц. Противник лишился возможности маневра вдоль линии фронта. Наши подвижные отряды, обходя вражеские опорные пункты, приближались к Шпрее. Немцы ввели в бой из резерва три танковых дивизии и части мотодивизии и бросили их в контратаки. Сражение между Нейсе и Шпрее развертывалось с возрастающей силой. В течение дня во встречных танковых боях только одно Н-ское соединение уничтожило 30 вражеских танков и самоходных орудий.

Сильные бои вспыхивали в воздухе. Самолёты противника висели над переправами, над узлами дорог, стремились наносить бомбовые удары по боевым порядкам наступающих войск, но и здесь враг несет поражение за поражением. В небе Германии господствует советская авиация.

Реку Шпрее подвижные группы танков и пехоты форсировали одновременно на двух участках. Захваченные плацдармы расширялись. К утру следующего дня Шпрее перешагнули основные силы наших войск.

Сильно укрепленный опорный пункт немцев на Шпрее — город Шпремберг наши части взяли в клещи и затем овладели им. Развивая наступление, советские танкисты и пехотинцы оттеснили обескровленные в контратаках полки и дивизии противника в направлении к реке Эльба.

В это же время танкисты, форсировавшие Шпрее, южнее города Коттбус, устремились по лесам вдоль берлинской автострады, затем повернули резко на север, перехватили автостраду, шоссе и железную дорогу, ведущую из Коттбуса на Дрезден.

Стремительной атакой с севера был взят город Вейсвассер.

В ту ночь, когда наши танки и пехота выходили на оперативный простор к берегам реки Шпрее, а немцы сосредоточивались на флангах, на их оборону в верховьях реки Нейсе обрушился ещё один удар — севернее города Герлиц. Этот город — один из крупных центров немецкой военной промышленности. Здесь сосредоточены авиационный, танковый, артиллерийские заводы. Он также является узлом шести железнодорожных магистралей и двенадцати шоссейных дорог.

Гитлеровцы, предполагая, что имеют дело только с авангардами наших частей, выдвинули навстречу им 60 танков. Завязался ожесточённый встречный бой. Вражеские контратаки следовали одна за другой. На помощь своим танкам противник бросил авиацию. Развернулись бои в воздухе.

После упорных боёв был взят город Ниски. Теперь немцы лишились сразу пяти рокадных дорог, которые обеспечивали им маневр вдоль линии фронта. Воспользовавшись этими рокадами, подвижные группы наших танков и артиллерии совершили бросок на юг и, опрокинув вражеские заслоны, захватили опорный пункт Ренгерсдорф.

В ворота прорыва хлынули эскадроны конников и моторизованные.батальоны пехоты. Они устремились по автостраде и вдоль неё на город Бауцен. Ударные группы мотопехоты оставили на разгром конникам отрезанные вражеские части, а сами двигались дальше.

На многих рубежах противник стремился остановить наше наступление, бросая в яростные контратаки пехоту и танки, самоходные пушки, батареи штурмовых орудий. Но мощь нашего наступления возрастала с каждым часом. За мотопехотой шли эскадроны конницы, за конницей — стрелки, завершавшие окончательный разгром вражеских опорных пунктов.

 

В. Шилкин,

спец. корр. ТАСС

ДЕЙСТВУЮЩАЯ АРМИЯ.

 

    О чем писала советская пресса 28.04.1945 года (встреча на Эльбе)

(по материалам сайта http://pressa-voiny.ru)

 

«Красная звезда» № 100 (6086) от 28.04.1945 г.

 

Встреча на Эльбе

(от специального корреспондента «Красной звезды»)

 

Далеко позади время, когда между нашими войсками и войсками союзников лежали сотни километров. Сейчас войска маршала Конева о союзными войсками разделяет только узкая серая полоса Эльбы. Полтораста метров воды. Между нами и англо-американскими войсками нет больше ни атлантических валов, ни линии Зигфрида, ни восточных валов, ни линии Гитлера. Между нами и войсками союзников, просто говоря, нет немцев — они или убиты или взяты в плен. Ни один немецкий солдат не стоит между нами.

Сейчас, вот в эту минуту, нас уже не разделяет и река Эльба. С того берега на этот на двух легких гоночных лодках переправляются командир соединившейся с нами 69-й пехотной американской дивизии Генерал-майор Райнхардт и его заместитель бригадный генерал Марвест. На нашем берегу их встречает окруженный своими офицерами командир 58 гвардейской стрелковой Краснознаменной Красноградской дивизии генерал-майор Русаков.

Лодки с хода врезаются в берег. Американцы легко выскакивают на прибрежный песок. Генералы и офицеры обеих армий по-воински приветствуют друг друга, а после этого следуют крепкие солдатские рукопожатия. Еще Петр Великий когда-то написал о том, что солдат есть имя общее и знаменитое, которым гордится первый военачальник и последний воин. И в каких бы чинах и званиях ни были люди, соединившиеся сегодня на этом берегу Эльбы, — они прежде всего солдаты, и их рукопожатие это именно солдатское рукопожатие. Тяжелая солдатская дорога свела их с двух концов Европы к этой реке. Они по достоинству могут оценить усилия друг друга. Когда американцы узнают, что здесь, на Эльбе, им удалось встретиться с русской дивизией, нанесшей поражение немцам еще на Волге, под Сталинградом, то в их глазах светится неподдельное искреннее уважение к своим мужественным братьям по оружию.

О, Сталинград! Должно быть это слово произносится сейчас, с одинаковым восхищением почти на всех языках мира. Во всяком случае американцы произносят его здесь сейчас с волнением и восторгом.

Через несколько минут американские и наши офицеры вместе направляются к близлежащему дому, где должна произойди первая беседа. Подоспевшие кинооператоры и фотографы окружают их сплошной стеной. И даже эти люди, видавшие всякие виды и накрутившие на катушки своих аппаратов тысячи и тысячи метров пленки, сейчас волнуются, на какие-то секунды даже забывают о своей профессии, начинают просто наблюдать и разглядывать.

Великое братство по оружию родилось не сегодня и не вчера. Оно родилось давно: на берегах Днепра, Вислы, на суровом нормандском побережье. Но сегодня, пожалуй, впервые оно так наглядно. Сегодня впервые советские и американские офицеры идут рядом по немецкой земле. Кинооператоры снимают наших офицеров в русских армейских фуражках, в гимнастерках. Ордена и сталинградские медали повествуют о долгом и страдном пути войны, а рядом с этими орденами у некоторых из наших офицеров видны хорошо знакомые американцам ленточки американских и британских орденов, еще раз свидетельствующие о братстве по оружию. Кинооператоры снимают серо-зеленые стальные каски американцев, их простые, просторные костюмы цвета хаки, их скромные полевые погоны с серебряными звездочками и прямоугольниками.

В холодном и неуютном каменном доме на берегу Эльбы командир дивизии генерал Райнхардт преподносит командиру дивизии генералу Русакову национальный звездный флаг Соединенных Штатов. Долго стремились обе стороны к этой встрече. И, хотя всё, что сейчас происходит на моих глазах, по-военному просто, хотя и наши, и американцы по своей национальной привычке даже на этот раз обходятся без громких слов, — тем не менее торжественность минуты ощущается всеми, кто здесь находится. В оживленной беседе все сразу, подчас перебивая друг друга, начинают вспоминать, как это совершилось, как вчера в середине дня американский патруль под командованием лейтенанта Робертсона встретился на берегу Эльбы о нашим патрулем лейтенанта Сильвашко, как они шли друг другу навстречу, как всё меньшее количество шагов разделяло их и как, наконец, они стиснули друг другу руки — первый русский и первый американец, прошедшие сквозь немцев навстречу один другому.

За импровизированным столом офицеры обеих армий поднимают общий тост за скорую и окончательную победу. Завтра предстоят разговоры, более широкая встреча старших начальников, а пока, хотя уже по времени американцам пора возвращаться к себе, всем хочется чем-то бодрым и праздничным закончить этот чудесно выпавший на из долю день. И не сговариваясь, объятые общим душевным движением, американские офицеры вдруг запевают свою солдатскую песню, с которой они переправлялись через Атлантику, высаживались на берегах Франции и шли через Германию. Два часа пролетают незаметно и так же незаметно могли бы пролететь еще два. Но война есть война, и долг службы призывает всех на свои места.

Короткое прощанье на берегу Эльбы. Последнее уточнение оперативных сведений, последнее приветствие. Сегодня встреча кончается, чтобы повториться завтра. Немцы не сумели разделить нас раньше, тем более не расторгнуть им нас теперь. Лодки отплывают. По американской привычке чуть ли не все присутствующие обменялись при встрече сувенирами. Кое у кого из наших офицеров не хватает звездочек на погонах. Зато эти звездочки, как память о первой встрече, аккуратно приколотые рядом с ленточками орденов, красуются на груди у американцев. Американцы отплатили тем же. Их знаки различия — тоже звездочки, но большего размера и никелированные треугольнички — видны на груди у наших офицеров.

Наши гребцы налегают на весла. Лодки легко пересекают реку. Приподнявшись на скамейке, генерал Райнхардт последний раз приветственно машет рукой оставшимся на том берегу. Лодки плывут обратно через Эльбу.

— Как они ждали, как они ждали этой встречи! — говорит мне корреспондент ТАСС, восемь месяцев пробывший в американской армии и сегодня, после долгой разлуки, впервые встретившийся с соотечественниками.

— Как они ждали! — повторяет он. — Последние девять дней во всей армии только и было разговоров, что ой этой будущей встрече. Как хотела каждая дивизия армии быть первой, и как довольны сейчас в этой дивизии тем, что счастье соединения выпало именно на их долю.

Сейчас, когда я ночью дописываю эти строки, в штаб корпуса пришло новое сообщение. Еще на одном участке встретились под вечер две новые дивизии. Соединение наших и американских войск на широком фронте стало фактом. Трудно сказать что-нибудь более торжественное и величественное, чем эти, казалось бы. самые простые слова, которые будут фигурировать сегодня в оперативных сводках обеих союзных армий.

 

Константин СИМОНОВ.

1-й УКРАИНСКИЙ ФРОНТ.

(По телеграфу).

Военный триумф

 

Весь советский народ с чувством гордости за свою страну, за свою Красную Армию слушал сообщение о соединении частей Красной Армии с войсками союзников и об успехах наших войск в Берлине — в городе, самое имя которого с ненавистью произносит всё свободолюбивое человечество. Наступил день, которого давно уже ждала наша страна!

Проникнутые твердой решимостью навсегда покончить с угрозой фашистской чумы, нависшей над миром, войска Красной Армии и войска наших союзников сомкнули железные клещи двух фронтов. Победный гром советских пушек слился с грохотом артиллерии наших союзников.

Я, как представитель советской артиллерийской науки, с особенным чувством гордости и радости переживаю этот день, день триумфа советской военной техники. Этот день заставляет оглянуться на великий путь, пройденный нашим народом. Шаг за шагом росла и крепла мощь Красной Армии. Напряженная работа советских конструкторов рождала новую могучую артиллерийскую технику. Росли и воспитывались артиллерийские кадры, беззаветно преданные великому делу Ленина—Сталина. Самоотверженным трудом наш народ создал крупнейшую промышленность, обеспечившую победу в нынешней войне.

В этот день, вместе со всей страной, мои мысли обращаются к тому, кто предсказал эту победу, чья гениальная стратегия сделала возможным наступающий общенародный праздник, — к Верховному Главнокомандующему Красной Армии товарищу Сталину.

Генерал-лейтенант артиллерии

А. БЛАГОНРАВОВ.

Торгау

 

Здесь соединились непобедимые бойцы Красной Армии с доблестными англо-американскими войсками. Совершилось величайшее событие. Германия перерезана пополам.

Торгау! Кто слышал о нем раньше. Сегодня весь мир повторит это название, которое стало свидетельством! прекрасного триумфа Объединенных наций.

Боец доблестной Красной Армии всегда знал, что далеко на Западе сражаются его боевые друзья — англичане и американцы. Сейчас он увидел их. Чтобы это стало возможно, надо было пройти длинный путь. Трудно сказать простыми словами, сколько жертв, сколько боевых трудов взял этот огромный путь. Он обессмертил имя русского солдата, советского воина. Он доказал всему миру, на что способен человек., идущий под красным знаменем великой советской державы. Этот путь прочерчен талантами советских военачальников, освещен , светом военного гения, Сталинским предвиденьем, Сталинским искусством победы.

Американские и английские солдаты, воюя в скалах Алжира, на берегах Атлантического океана, на Рейне, всегда восхищались доблестью своих русских товарищей. Блеск Сталинграда падал на дорогу войны, был всемирным маяком для всех сражающихся против гитлеризма.

Мы хорошо знаем, что такое боевое товарищество. И в Красной Армии и в армиях наших союзников навсегда останется в летописях истории слово: Торгау. Оно какое-то скучное и унылое, но у нас в ушах оно всегда будет звучать, как великолепное воспоминание, как погребальный салют над могилой гитлеровской Германии.

Торгау — священный бивуак на последнем переходе к победе, окончательной и бесповоротной. Торгау — первый сигнал великого суда над палачами Европы.

И когда они исчезнут с белого света по приговору народного суда, на берегу Эльбы будет стоять памятник, изображающий трех воинов, похожих друг на друга, как похожи боевые товарищи и братья, долго сражавшиеся за одно общее дело.

Н. ТИХОНОВ.

«Известия» № 100 (8710) от 28.04.1945 г.

Встреча на Эльбе

(от специальных военных корреспондентов «Известий»)

Как весенний поток, прорвав плотину, мчится с шумом и грохотом, сметая все на своем пути, и широко растекается по равнине, так и наши наступающие войска, прорвав оборону немцев на Нейсе и Шпрее, стремительно двинулись вперед, к Эльбе, захватывая города и селения, уничтожая отдельные вражеские группировки. Двигались вперед танки, самоходные орудия, артиллерия и пехота.

К берегам Эльбы мы пробирались лесными дорогами, свернув в сторону от шоссе. Здесь наши разведчики захватили небольшой городок. Они подошли сюда неожиданно, обстреляли показавшихся на окраине немецких солдат и потребовали сдачи города. Немецкий гарнизон капитулировал. Когда подошла наша пехота, на всех домах уже вывешены были белые флаги.

Но такие случаи не часты. Немцы на равнине Эльбы ожесточенно сопротивлялись. Разрезанные на куски немецкие дивизии бросались навстречу наступающим, пытались создать ударные группировки.

Громя немецкую оборону, наши части приблизились к промышленному городку. Бой завязался на его восточной окраине. Гарнизон ожесточенно отбивался. Вдруг наш боец услышал, как в одном из домов зазвонил телефон. Офицер Мальцев, руководивший в этом месте боем, подошел к аппарату. Комендант города предлагал вступить в переговоры о перемирии.

— Положение гарнизона безнадежное. Ни в какие переговоры я не вступлю, никакого перемирия не будет, требую полной капитуляции.

Немцы в ответ усилили обстрел наших войск. Мальцев вызвал к телефону командира дивизиона тяжелой артиллерии.

— А ну-ка всыпьте им разок, другой.

Артиллеристы дали несколько залпов. На высоком здании в центре города взвился белый флаг. Немцы прекратили стрельбу.

— Вот так лучше, — смеялись бойцы, выводя из города колонну пленных, — а то выдумали слово «перемирие»...

В этих местах нашим войскам приходится часто принимать бой с «бродячими» немецкими отрядами.

Мы въехали в город неподалеку от Эльбы под гул канонады. Это показалось странным, потому что здесь уже расположились наши тыловые части и на домах виднелись надписи: «Госпиталь», «Полевой хлебозавод». По всем признакам здесь был тыл, но возле города шел бой. Оказалось, что остатки разгромленных на Нейсе и Шпрее вражеских частей, вздумав пробиваться на северо-запад... к Берлину, наткнулись на наши войска. Гитлеровские офицеры понятия не имели, что происходит в Берлине. В завязавшемся бою группировка немцев была начисто уничтожена.

* * *

В долину Эльбы наши войска прорвались через мощные немецкие укрепления. Мы видели, подъезжая к Эльбе, на много километров протянувшийся высокий песчаный вал. Он был настолько велик, что сперва показался каким-то естественным препятствием. Только проехав в пробитую в нем брешь, мы заметили, что вал создан при помощи экскаватора, землечерпалок и многих тысяч невольников. Немцы рассчитывали надолго удержаться за укреплениями у Эльбы. Удар советских войск разрушил все планы немецкого командования.

Приближаясь к Эльбе, наши бойцы и офицеры знали, что здесь, в Саксонии, произойдет первая встреча с войсками наших англо-американских союзников. Каждый день люди, сражающиеся по эту сторону Эльбы, с нетерпением ждали сводки о продвижении частей союзных войск, подходивших к Эльбе с запада. На штабной карте можно было проследить, как все ближе и ближе подходят друг к другу две линии фронта. Между ними лежала Эльба, и расстояние, отделявшее нас от союзников, сокращалось с каждым часом.

Первыми вступили в соприкосновение с частями 1-й американской армии наши радисты. Разговор между нашими и американскими радистами происходил в момент, когда передовые части 1-го Украинского фронта находились уже менее чем в тридцати километрах от американцев. Немецкие станции пытались заглушить разговор, но неудачно.

— Скоро встретимся с вами, — радировали американцам наши радисты. — Мы знаем ваше расположение. Наши танки приближаются к вам. Делаем все, чтобы скорее встретиться с вами.

В передовых частях 1-й американской армии оказались среди радистов люди, знающие русский язык. Они поддерживали связь с нашими радистами, передавая им привет от американцев, сообщая о том, что во всех частях 1-й американской армии с волнением ждут встречи с Красной Армией.

Где произойдет встреча? Кто первым пожмет руку американцу?

* * *

Встреча произошла при следующих обстоятельствах. Батальон наших гвардейцев приближался к реке. На берегу ее высился средневековый замок, обнесенный высокой толстой стеной с башнями. Роты старшего лейтенанта Бабичева и младшего лейтенанта Шевченко взяли этот немецкий опорный пункт штурмом. Преследуя немцев, наши бойцы переправились через реку и вскоре заметили большое здание, на котором развевался американский флаг. Из дома выбежали американцы. Послышались возгласы:

— Москва! Америка!

Встреча произошла в районе города Торгау, в двух пунктах. Отныне этот небольшой саксонский городок со старинной ратушей, помнящий Лютера и Семилетнюю войну, стоящий на берегу Эльбы, войдет в историю.

С молниеносной быстротой разнеслась по всему фронту радостная весть о том, что передовые части наших войск и 1-й американской армии сомкнулись. На одном из участков, где произошла встреча, первым с нашей стороны пожал руку американцу лейтенанту Котцебу, студенту из штата Техас, старший лейтенант Григорий Голобородько, в прошлом слесарь с Полтавщины. На втором участке то же сделал капитан Неда, приветствовавший лейтенанта американской армии Робертсона.

Советские и американские офицеры нанесли друг другу визиты.

Боевые знамена советских полков и частей 1-й американской армии развеваются на весеннем ветру. Советские и иностранные фоторепортеры сделали сотни снимков, запечатлевших исторический момент. Особенным успехом у американцев пользовался такой кадр: русские раздают своим союзникам на память различные значки, звездочки и т. д.

Гвардии генерал-майор Русаков устроил прием американскому генерал-майору Райнхардту и сопровождавшим его лицам в районе расположения своей дивизии. Американцы преподнесли советским воинам свой национальный флаг. На приеме оба командира дивизий обменялись приветственными речами. В своей речи генерал Райнхардт заявил:

— Я переживаю самые радостные дни в моей жизни. Я горд и счастлив, что моей дивизии посчастливилось первой встретиться с частями героической Красной Армии на территории Германии. Встретились две великие союзные армии. Эта встреча ускорит окончательный разгром военных сил Германии.

В ответной речи гвардии генерал-майор Русаков сказал:

— Наступил долгожданный и радостный день. На территории Германии встретились две великие армии. Героическая Красная Армия прошла большой путь напряженной борьбы и славных побед. Встреча двух союзных армий является большим историческим событием в борьбе с гитлеровской Германией. Пусть эта встреча послужит залогом быстрейшего и окончательного разгрома гитлеровской армии и установления прочного мира.

Встреча на Эльбе останется в памяти всех, кто в эти дни находится вдали от Родины, на территории Германии, завоевывая мир и счастье для всего человечества.

В. СТАРИКОВ,

В. ПОЛТОРАЦКИЙ,

А. БУЛГАКОВ.

1-й УКРАИНСКИЙ ФРОНТ, 27 апреля

 

О героизме и предательстве

Предательство никогда не было массовым, оно не поддерживалось в любой армии. От предателей старались избавиться, получив желаемое.

Через месяц после начала Великой Отечественной войны, оказавшись в Прибалтике, город Лиепая, генерал Иван Благовещенский, бывший царский священник, в советское время штабист, второй раз стал изменником. Предал царя Николая II, перейдя на сторону Советской власти.

Теперь – перешел на сторону фашистской Германии.

В 1941 г. он был начальником военно-морского училища ПВО в Латвии, с тонким интеллигентным лицом и пенсне на носу он выглядел очень убедительно. Он был разоружен гражданскими латышами, входящими в военный отряд «Айзсарги». Без единого выстрела сдал свое оружие. В лагере военнослужащих его не морили голодом, не угрожали расстрелом. Третьему рейху он сам предложил свои услуги.

На этот раз он ошибся, переоценив силу Гитлера. Он не захотел сражаться и умереть за Родину, а решил сражаться за паек, чины и ордена фашистов, персональный автомобиль и роскошную квартиру. Пришлось умереть позорно за предательство.

Вторым слабовольным стал генерал Власов, сдавшийся летом 1942 г. фашистам. Открыто стал служить им, создав дивизию РОА (русская освободительная армия). При наступлении Советской армии на помощь Чехословакии, которая без единого выстрела сдалась Гитлеру. Сам Власов от этого похода отказался.

Чешскими партизанами они были переданы советским военным. Сдался он под Вязьмой, не организовав самооборону, не стремясь к прорыву, как это сделал генерал Ефремов. Он отправил знамена в присланном за ним из Москвы самолете, сам остался с бойцами. Был тяжело ранен и, видя безысходность, пустил себе пулю в лоб. Фашисты похоронили его с воинскими почестями.

Между прочим, раскопки под Вязьмой, Ржевом показали, что ни один солдат не был убит в спину, они шли на врага. Честь им и слава!

Власов и его сообщники окончили на виселице.

Имена предателей ушли в историю. Народ покрыл их позором. Иван Семенович Никитин так же раненым попал в фашистский концлагерь при окружении. Комбриг РККА с 1924 г. 9 Красной армии. В 30-е годы советник в Монголии.

Великую Отечественную войну начал в Белостоке, в составе 10 армии, был командиром 6-го кавалерийского корпуса. Его корпус считался самым подготовленным на 22.07.1941 г. Контрнаступление захлебнулось, 3 и 10 армии были окружены в районе Сокулки, их бомбили фашистские самолеты.

В бессознательном состоянии оказался в плену. В Офлаге находилось около 30 генералов. Фашисты агитировали их перейти на свою сторону. Они, как и генерал Карбышев, создали в Хаммельбурге подполье. За отказ в сотрудничестве они были расстреляны фашистами.

Об их подвиге рассказала учительница Брянской области Т.Г.Жукова. Прощаясь с товарищами, Никитин сказал: Умру как большевик, как сын своей Родины. Его деятельность была продолжена генералом авиации Г.Тхором, а не зная об их подвиге, считали предателями.

Звания героев Советского Союза они не получили. Но их именами названы улицы, корабли, поставлены памятники на их родине. Их пример – пример мужества и самопожертвования ради Отчизны.

От человека остаются одни дела его, так тысячи и миллионы боролись за родину, за свою землю, за свою семью… 

                                                       

Материалы взяты из:

                                   Газета «Криминал», №19, 2015 г.

                                                 Журнал «Загадки истории», № 38, 2016 г.

                                            Газета «Тайны века», №11, 2020 г.

                                            Данные статьи Т.Г.Жуковой

                                            Музеи ВОВ в г. Ржеве

 

Автор: Салохина Н.Н.

 

Главные войны XX века

В XX в. имели место 2 мировых войны:1914-1918 г г. – I мировая война, в нее были втянуты более 38 государств. Война за передел мира. Характерно, что и I мировая и II были начаты Германией, поддерживаемой руководителями ведущих стран Европы. Первая закончилась поражением Германии, как и вторая. Вторая Мировая война началась в 1939 г. В нее были также втянуты многие страны. Начала ее Германия. Цель: взять реванш за поражение в I мировой войне.

Россия, как одна из главных мировых держав, была втянута в эти войны, согласно мировых обязательств.

Наша страна пережила две Отечественных войны, которые составили главную часть мировых. 1812-1813 г г. – первая. Агрессор – Наполеон Бонапарт. Она стоила многих человеческих жертв с обеих сторон. Миллионов!

Наполеон мечтал о мировом господстве. Получил заточение на остров Святой Елены в Атлантическом океане.

Прошло немногим больше столетия и новый «сверх человек» – Гитлер создал свою теорию о покорении народов. Выдвинул идею о превосходстве немецкой расы.

Наполеон был бит в России под Бородином, Лейпцигом и Ватерлоо, где главную роль сыграла русская армия.

Как и Наполеон, Гитлер не получивший должного отпора в Европе, обрушил на Россию всю мощь не только немецкой, но и подчиненных европейских стран.

Не смотря на поражение России в начале вторжения. Красная армия сумела одержать ряд побед над оголтелыми фашистами (Москва, Сталинград, Курск, Минск, Берлин).

Особое место в этой войне, конечно, занимает «Блокада Ленинграда», 1418 дней и ночей город жил, работал, сражался при поддержке народов всей нашей многонациональной страны.

До 1944 г. наша страна выдерживала схватку с Европой, зараженной фашизмом.

Второй фронт, который обещали США и Англия, был открыт лишь в 1944 г. Нормандия – операция «Оверлорд» была проведена, когда уже было ясно, что Россия справится с фашизмом.

Западу важно было одно - «Не опоздать бы к праздничному пирогу» – звучит пословица…

В ночь с 8 на 9 мая в Карлсхорсте был подписан документ о безоговорочной капитуляции фашистской Германии. Так закончилась Великая Отечественная война.

Как и в I мировой войне, Россия могла бы успокоиться. Победа! Враг изгнан из пределов нашей Родины!

Но верная союзническому долгу, она, наша страна, в сентябре 1945 г. направила свои лучшие войска на Дальний Восток для разгрома Квантунской японской армии, которая не только напала на порт Пёрл-Харбор США, но и угрожала всю войну Советскому Союзу.

Не смотря на хорошо укрепленную территорию, огромное скопление техники, Советская армия одержала новую Победу.

Вторая мировая война закончилась 02.09.1945 г.

Мы не отдали «Ни одной пяди своей земли», отстояли независимость нашей Родины и возможность жить мирно, жить и развиваться.

Пусть недоброжелатели наши помнят «Кто придет к нам с мечом, от меча и погибнет» (А.Невский)

Ю. Фучик призывал «Будьте бдительны!»…

Главный герой этих битв всегда был народ, который никому не победить!

С праздником, дорогие жители России и народы мира!

 

Автор: Салохина Н.Н.

   

Огненный меч «Бога войны»

Речь пойдет о первом годе Великой Отечественной войны, 1941-ом.

Наша армия с огромным сопротивлением и большими потерями отступала первое время. В СССР разрабатывалось реактивное оружие с 1933 г. (реактивный снаряд калибра 82 мм, конструкция Поликарпова И-15, И-16, и И-153). Боевое крещение оно получило в 1939 г. во время боевых действий на Халхин-Голе. Они неплохо себя показали, использовались при стрельбе по группам вражеских самолётов. Необходимо было создать установку реактивных снарядов по наземным целям. При этом калибр снарядов был увеличен до 132 мм.

Уже в марте 1941 г. были произведены испытания. Принято решение начать серийное производство под названием БМ-13. Установка представляла собой шасси трехосного автомобиля ЗИС-6, на котором установлена поворотная форма с пакетом направляющих и механизмами наведения.

Для наводки использовался поворотный подъёмный механизм с артиллерийским прицелом. Домкраты обеспечивали большую устойчивость при стрельбе. Пуск снарядов осуществлялся рукояточной электрокатушкой, соединенной с аккумуляторной батареей и направляющими контактами, они замыкались по очереди и в очередном снаряде срабатывал пусковой патрон.

Две волны детонации встречались, газовое давление в месте встречи резко возрастало. Осколки корпуса получали значительное ускорение. Разогрев составлял 600-800°С, имел хорошее зажигающее действие. Разрывалась и часть ракетной камеры, от горевшего пороха эффект действия установки увеличивался в 1,5-2 раза, по сравнению с артиллерийским снарядом. Взрывные волны усиливали поражающий эффект.

Боевое крещение нового оружия под секретным названием (БМ-13) было произведено в середине июля 1941 г.

Командовал капитан Иван Андреевич Флёров. В 15:15 14 июля был открыт шквальный удар по железнодорожной станции. Огромное огненное облако уничтожило все эшелоны с личным составом и техникой фашистов, рвущихся на Москву. Генерал Гальдер констатировал: «Плавился металл, горела земля»… Эффект был ошеломляющий!

В этот же день батарея нанесла удар по вражеской переправе на реке Оршице. Фашисты завопили о применении русскими недозволенного оружия, о котором необходимо сообщать. Ласково эту боевую машину БМ-13 на шасси трехосного автомобиля ЗИС-6 стали называть «Катюшей». Масса снаряда-42,5 кг. Масса боевой части-21,3 кг. Скорость полетов снаряда 16 снарядов за 55 м/с. Время заряжения-3-5 мин. Полный залп-7-10 сек.

Немецкие фашисты объявили охоту за «Катюшей» и капитаном И.А.Флёровым. В октябре 1941 г. установка оказалась в Спас-Деменском котле и попала в засаду. Из 160 человек, из окружения удалось выйти 46 бойцам. Сам командир погиб, взорвав боевые машины, чтобы целыми не попали к врагу. Звание Героя ему было присвоено посмертно только в 1995 году.

Любимица бойцов «Катюша» использовалась всю войну, уже на территории фашистской Германии. Одна установка накрывала территорию площадью порядка 71 000 кв.м (т.е. 7 гектар).

Слава изобретателям и Героям! 

                                                                   

    Материал взят из:

1)Специальный выпуск журнала «Великая Победа»

                                                                        2) Журнал «Загадки истории»

 

Автор: Салохина Н.Н.


Русские не сдаются!

В очередной раз русские в годы Великой Отечественной войны доказали, что именно русскому солдату в мире равного нет. Отвага, смелость и мужество – вот главные черты русского воина, что свойственно с древних времен.

В годы Великой Отечественной войны вышел плакат «За Родину, за Сталина! Ни шагу назад!» - лозунги коммунистической партии.    

Олицетворением воина служил политрук, который всегда впереди бойцов, когда начиналась атака на врага.

Время съемок 12 июля 1942 года, прообразом стал политрук Алексей Ерёменко. Он погиб через несколько минут после съемок. С этим плакатом может сравниться только плакат – фотография со Знаменем Победы.

Еще раньше имел место случай 6 ноября 1941 года на Украине в бою за село Дьяково Луганской области. Наши бойцы вели бой с превосходящими по технике и численности фашистами. Они стойко держали оборону села. Погиб командир, командование бойцами возглавил Х.Б. Андрухаев, адыгеец по национальности, поэт. Ему шел всего 22-ой год жизни. Он поднялся во весь рост, скомандовал «вперед» и бросился первым на врага. У немцев от неожиданности удара образовалась брешь, позволившая нашим бойцам выйти из окружения. Пропуская бойцов вперед, прикрывая их отход, Хусен был окружен врагами.

«Русский сдавайся!» - предложили фашисты. «Русские не сдаются!» - гордо прокричал политрук, схватил связку гранат и подорвал не только себя, но и кучу немецких солдат. Спустя год Х.Б. Андрухаеву было присвоено звание Героя Советского Союза. И.В. Сталину понравилась его фраза, и с тех пор она часто стала звучать на фронте.

Начало ее положила более древняя история в Первой мировой войне. Речь идет об обороне важной стратегической крепости Осовец. Через нее проходила железная дорога и шоссе. Немцам взятие ее было необходимо, они считали, что крепость падет через несколько дней.

Наступление вели отборные части 8-ой немецкой армии. Сорок немецких батальонов. Русский гарнизон состоял из одного пехотного полка, 2-ух артиллерийских батальонов и 1-го саперного подразделения. Вопреки ожиданиям немецкого командования оборона Осовца - Лык - Граево - Белосток длилась около года (с сентября 1914 года по август 1915 года). Во время обороны на каждого русского пришлось по нескольку тысяч бомб и снарядов, выпущенных не только из оружий, но и сброшенных с самолетов. Периодически русские переходили к контрнаступлению, немцы применили против русских газовую атаку. Рассеивающийся зеленый туман обнажил оставшихся в живых русских воинов, надрывно кашлявших кровью, которые шли в наступление. Осовец так и не был взят врагами. Можно сказать, что слова «Русские не сдаются!» родились тогда…

Традиции умирать без страха прослеживаются на протяжении всей истории, которая была полна примеров героизма русских воинов.

Биться с врагом до последнего прослеживается в преданиях и мифах. Если силы иссякали, бросались на собственные мечи. Предания повествуют, что единый бог Род, принеся себя в жертву, создал весь окружающий нас мир. Греческий историк Лев Диакон в 971 году писал, что славяне никогда не сдаются врагам, предпочитая плену славную смерть.

Автор: Салохина Н.Н.



Великая Отечественная война

(под грифом секретности)

Примером самоотверженности и героизма может послужить и битва за город Воронеж. Бои за столицу Черноземья длились дольше боев за Сталинград. Они продолжались 212 дней до 2 февраля 1943 года. Этот участок фронта оттянул 26 вражеских дивизий, прикрыв, как и Ржев, о котором я писала ранее, тем самым и Москву и Сталинград.

Недаром английский историк Д. Фуллер считал Воронеж роковым для немцев городом. Известно признание Гитлера: «Дело пошло бы быстрее, если бы мы не задержались так долго в Воронеже…». Он-то считал, что его возьмут мимоходом. Захватив этот город, таким образом, они бы могли рассечь всю европейскую часть СССР до Волги. Здесь они вынуждены были держать элитные 26 дивизий, опробовать свои методы ведения войны непрерывными бомбардировками с воздуха.

В некоторые дни они совершали по 2 тысячи вылетов, превращающие некоторые районы города в руины. Точности бомбардировки способствовали некоторые знания этих мест летчиками, которые прошли обучение в Липецком летном предвоенном училище. Город почти весь был превращен в руины, но продолжал сражаться. Шли кровопролитные уличные схватки в рукопашную.

В плен немцев было взято не меньше, чем под Сталинградом. По людским потерям Воронеж стоял на 2-ом месте после Ленинграда.

Отстаивали его части 40-ой, 60-ой армии и 51-ой танковой армии.

Воронежский историк В. Гагин констатирует: «В донских степях под Воронежем сошлись друг с другом более 7-ми тысяч танков и бронемашин, более 2-х тысяч самолетов и 2 000 600 тысяч человек…».

Город больше располагался на правобережье, где укрепились фашисты, вторую часть города они также пытались контролировать, где расположились наши. Это был своеобразный второй, как и Невский, так называемый, пятачок.

Умельцы соорудили подводную переправу и ночью переправляли бойцов и оружие, а на левобережье раненых. Схватки шли ожесточенные, за все время обороны немцы так и не открыли этот тайный брод. Лишь однажды на левый берег попытался прорваться   танковый отряд с артиллерией, но они буквально были вырезаны. Больше ни одна немецкая нога не ступала на левобережье, кроме военнопленных.

В январе - феврале 1943 года именно с Чижовского плацдарма пошло наступление для освобождения Воронежа. В городе сохранилось около 200 тысяч жителей. Как они тогда выживали, что перетерпели…

Фашисты вели агитацию, предлагая перейти на их сторону. Украшением города были виселицы непокоренных… Но их массовые казни не помогали фашистам. Против врага шла партизанская война, действовало 165 партизанских отрядов.

И. Геббельс писал о них, как о заколдованных большевиками фанатиках…

Особенно зверствовали и лютовали венгры, детишек поднимали на пики, раненых зарывали живыми, зверски пытали пленных. Иногда, щадя пленных немцев, наше командование издало приказ венгров не брать в плен. Более 100 тысяч из них нашли под Воронежем свою погибель. Существует кладбище венгров, но это оставалось малоизвестным, так как они переметнулись на сторону СССР после Великой Отечественной войны.

При наступлении там была окружена не меньшая, чем под Сталинградом группировка врагов.

После Острогожской - Россошанкской и Воронежско - Касторненской фронтовых операций в 1943 году они закончились в первых числах февраля 1943 года. Назревало окружение всей группы армии «Юг». Спасение принес фельдмаршал Эрих фон Манштейн.

Знаменитые «Катюши» были сконструированы на Воронежском машиностроительном заводе.

24 января 1943 года 60-ая армия под командованием генерала И.Д. Черняховского выдавила гитлеровцев из города. Более 320 тысяч захватчиков нашли там смерть, 90 тысяч угодили в плен. С нашей стороны потери составили более 350 тысяч убитых, раненых и пропавших без вести. Здесь же был уничтожен «показательный» пехотный полк, в котором служил когда-то Гитлер (Первая мировая война). От него остались в живых всего 2 человека.

Фашистами было уничтожено 95% зданий города. Город вошел в число пятнадцати наиболее пострадавших в годы Великой Отечественной войны. Гриф секретности этих событий был снят лишь в 2008 году. Воронеж стал «Городом воинской славы».

23 июля 1943 года здесь погиб генерал танковой армии Александр Лизюков, останки его были найдены в начале 2008 года. Его имя носит одна из улиц города. Геннадий Вавилов и Михаил Бовкун под Воронежем совершили свой подвиг подобно Александру Матросову, несколько раньше его (1942 г.). Звание Героя Советского Союза носят 13 воронежцев, трое стали полными кавалерами ордена Славы.

Они сражались и погибали, чтобы жили мы и помнили их.

Автор: Салохина Н.Н.


Точка кипения

 
ОмГТУ
Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования «Омский государственный технический университет»

         

Контакты
Приёмная ректора: 644050, Российская Федерация, г.Омск, пр-т Мира, д. 11
тел.: (3812) 65-34-07 факс.: (3812) 65-26-98
эл. почта: info@omgtu.ru

Приёмная комиссия: pk@omgtu.ru
Телефон: (3812) 72-90-55

Отдел внешних связей: press_omgtu@mail.ru


Важно


© 2011 ОмГТУ - 2021 ОмГТУ.РФ